Помнить, чтобы не повторялось

Сорок лет прошло со дня аварии на Чернобыльской АЭС. Не бывает ни дня, чтобы Талгат Даутов не вспоминал об этом страшном событии. Тревожат не только своя боль и тяжелые воспоминания - он является председателем районного общества ликвидаторов, поэтому приходится решать немало вопросов сотоварищей. Под его опекой сегодня 15 ликвидаторов и еще вдовы умерших участников ликвидации аварии. Вопросов много, начиная с медобслуживания, санаторно-курортного лечения, комуслуг до жилищных условий ликвидаторов и их вдов. Как признается Талгат Гусманович, с того времени, как не стало в районе службы соцзащиты, вопросы решаются гораздо сложнее.

Кадровый военный, сорок лет назад он был заместителем военкома Винницкой области Украины - в 200 километрах от Чернобыля. На его плечи легли вопросы комплектования групп ликвидаторов аварии и сопровождения их в зону катастрофы. Довозил их на автобусе до 30-ти километровой зоны отчуждения, где вновь прибывших прямо в палатках одевали в защитные костюмы и увозили дальше. Информации о том, какой уровень радиации, какие опасности подстерегают находящихся здесь людей, почти не было. Единственное, запрещалось съезжать с дороги на траву, считалось, что именно там скапливаются опасные вещества. А само асфальтовое покрытие отмывали поливомоечными машинами. Сегодня уже говорят, что зона отчуждения составляла от 70 до 100 километров.

После развала Союза Талгат Даутов с семьей вернулся на родину, его назначили военкомом Татышлинского района, затем – Янаульского. Уже находясь на заслуженном отдыхе, подполковник запаса в течение десяти лет возглавлял местное отделение ДОСААФ. Сегодня он отошел от дел, если не считать общественных. С супругой Шамилей Шарифьяновной воспитывают двоих внуков, которые являются курсантами Суворовского училища. Занимаются хозяйством. У Талгата Гусмановича появились новые увлечения: рисует по номерам, собирает картины из алмазной мозаики. Удивительно интересные работы получаются. А еще он активно поддерживает участников СВО, внося немалые суммы для формирования гуманитарных посылок. «Шестнадцать лет служил на Украине, жили как одна семья. Как могло сознание людей кардинально измениться? – недоумевает он. – Правда на нашей стороне. Надеюсь, когда-нибудь украинцы поймут это».